Его фото собрали бы много «лайков» в социальных сетях, но его там нет. Нет и выставок его фоторабот. «Зачем? Потешить самолюбие?» Он просто любит фотографировать, находить красоту вокруг. Хотя одна выставка его бы сильно порадовала. Там была бы родная больница №20, коллеги, которыми он гордится, работа, которую любит… Словом, необъятная планета рентгенолога Андрея Зимы.
С Андреем Юрьевичем мы встретились не в больнице. «У нас там такая суета…Давайте лучше в кафе», – предложил врач. Так за чаем и ноутбуком с фото пролетели полтора часа. Сначала я, конечно, спросила о краевом фотоконкурсе «Связь поколений в здравоохранении», где Андрею Зиме присудили Гран-при.
– Почему я схватился за это дело? – в свойственной манере начал Андрей Юрьевич. –Набрал как-то в поисковике «фоторепортаж в медицине», а в ответ сплошные кадры из фотобанка. Фотографии не выдерживают никакой профессиональной критики. На фото из операционной хирурги, стоя у стола, смотрят куда-то вниз, и снизу идет свет. А свет в операционной всегда идет сверху! Я увидел эти ляпы и захотел показать людям правдивые медицинские фотографии.
Показал. И победил. Но лавры принял сдержанно. Понимал, что среди медиков края нет людей, которые бы «так давно и глубоко сидели в фотографии». Андрей Зима фотографирует со школы: увлекся этим, глядя на родителей и дедушку. Мальчик рос в семье медиков и часто бывал на работе у мамы и деда в краевой больнице. А потом сам решил стать врачом. Ни разу не пожалел, что выбрал медицину, а не карьеру фотографа. Да с фотографией и не пришлось расставаться. В мединституте Андрей Зима подрабатывал фотолаборантом: проявлял пленки микрофильмов, печатал фотографии. Это была техническая работа, а творческая кипела в фотоклубе «Окна». Там молодой фотолюбитель набирался опыта.
В 1985 году Андрей Зима устроился рентгенологом в 20-ю больницу. И снова снимки, снова проявка!
– Раньше в рентгенологии и фотографии был «мокрый процесс». А теперь вместо снимков цифровые исследования. Мы обрабатываем их с помощью специального программного обеспечения – «медицинского фотошопа», как я его называю, – улыбается мой собеседник. – Я всегда говорю молодым докторам: «Сумейте получить красивую картинку, чтобы наглядно показать болезнь врачам других специальностей. Мы, врачи лучевой диагностики, мыслим картинками, а доктора других специальностей – нет. Поэтому нужно так переработать информацию, сделать такие «картинки», чтобы хирург посмотрел, и ему стало ясно: как спланировать операцию, какой доступ выбрать, как не повредить проходящие в зоне операции сосуды.
Андрей Юрьевич защелкал мышкой по знакомым папкам. Сейчас будем смотреть его фотографии! Они не раз бывали лучшими на фотоконкурсах. «Старая-старая деревенская церквушка», снятая в поездке по Золотому кольцу, заняла 1-е место в фотоконкурсе Петропавловской епархии в категории «Храмы России».
А подборка «Служба спасения сердец» об эндоваскулярной хирургии в 20-ой больнице уже вышла в полуфинал ежегодного фотоконкурса Nikon.
Смотрим другую подборку – «Жизнь в кольце». В кольце компьютерного томографа – такого большого аппарата для рентген-исследований.
– Здесь начинается исследование, пациент «поехал» в кольцо томографа, – комментирует рентгенолог. – Я специально сделал длинную выдержку, секунды две. Камера на штативе. (Задумчиво). Кто из репортеров решился бы встать здесь со штативом во время сканирования? Все же теперь рентгена боятся! Хотя доза излучения в этой точке не особо превышает фоновую. (После паузы). Да и кого бы сюда пустили? Меня пускают. Знают, некорректных кадров не будет.
Андрей Юрьевич шутит: «Я за 34 года в больнице таким динозавром стал! (Смеемся). Прихожу с камерой: «Здрасьте-здрасьте. Я у вас тут похулиганю маленько?» Но шутки шутками, а на съемках с пациентами все серьезно. У Андрея Зимы есть незыблемые правила. «Хоть пол кадра обрежь, но сохрани медицинскую тайну»: пациент не должен быть узнаваемым. А еще – никаких «жареных», шокирующих кадров и ничего, что помешало бы врачам работать. Ну и профессиональное правило фотографов: когда снимаешь, должен, как вампир, не отражаться в зеркалах и не отбрасывать тень.
Земные ангелы Андрея Зимы
Да, мой собеседник умеет быть незаметным. Он будто снимает невидимой камерой – так естественно и живо выглядят в кадре его коллеги.
– О, это же детский хирург Леонид Толстоногов! – вырывается у меня, когда на мониторе появляется фото доктора из «двадцатки», с которым у меня было интервью. Теперь, за операционным столом, я вижу его по-настоящему…
– Здесь эндоскоп введен в полость живота, врачи работают на печени. Редкая точка съемки, – комментирует Андрей Юрьевич. И, оторвавшись от монитора, замечает забытый мной «Наполеон». – Анастасия, вы, пожалуйста, ложкой по тарелке помашите.
А на экране снова томограф. Из кольца аппарата видно детскую руку и в ней апельсин.
– Приз за смелость, – поясняет врач. – При необходимости компьютерную томографию детям мы проводим под очень легким, поверхностным наркозом. Маленький ребенок не может лежать, не шевелясь, вдыхать-выдыхать по команде. А иногда еще надо вводить в вену контрастное вещество. Стоит ребенку пошевелиться – и на картинке все размажется. В общем, нужен наркоз. Некоторые ребятишки его боятся, а тут смелый мальчишка попался, мы ему апельсин дали за храбрость.
Щелк-щелк. Андрей Зима листает мышкой фотографии. И снова без слов понятный кадр. На фото из серии «Земные ангелы» руки анестезистки нежно держат голову ребенка.
|
|
– Как-то зашел в операционную: лежит мальчишка – ему наркоз дают. Медсестра-анестезист держит в руках его голову и ласково так гладит. Ребенок спит уже, ничего не чувствует, а она все равно… Так меня это зацепило тогда. (С чувством). Вот тоже потрясло! (Следующий кадр). Лежит в палате ребенок после операции. Еще не в сознании. А над кроватью – игрушка. Персонал отделения повесил, чтобы ему настроение поднять, когда придет в сознание.
В коллекции Андрея Юрьевича много таких «цепляющих» фотографий. В его объективе – душа медиков. И их нелегкие будни: сложные операции, напряженные дежурства, перекусы на ходу. Есть и редкие минуты отдыха: врачи смеются над чем-то за чаем, думают о своем. Такие портретные снимки рентгенолог потом дарит коллегам. Знает, что у многих после долгих лет работы даже нет хороших фотографий. А так будет что показать детям и внукам. И не только им. Андрей Юрьевич надеется, что медицинское руководство края поможет организовать выставку или выпустить книгу с его фотоработами. Это ведь живая история краевой медицины и в какой-то мере «элемент профориентации».
Название для выставки уже есть: «Обратная сторона Луны».
– Почему именно так?
– А кто обратную сторону Луны видел? Только космонавты, наверное. А вот это кто видел? – рентгенолог показывает рукой на экран со своей медицинской правдой.
Ловец неповторимых мгновений
Мы добрались до редкого для Андрея Зимы кадра: здесь хорошо видно лицо маленького пациента. Медсестра перед операцией завернула мальчишку в простыню, а он решительно и одновременно испуганно смотрит в камеру: «Что сейчас будет?»
– Этому кадру 10 лет. Сегодня у меня уже есть моральное право его показать, – говорит Андрей Юрьевич и задумывается.
– Мне было лет шесть, когда удалили аппендицит. Везут меня по коридору, хирург говорит: «Сейчас будем тебя смотреть под большой лампой». Зашел я в операционную, увидел это все. Заревел. А потом раз – и ничего не помню. Проснулся в палате уже.
– Андрей Юрьевич, фотографий с вами почти нет. Всего одна мелькнула.
Мастер улыбнулся и махнул рукой.
– Ладно, медицину маленько посмотрели. Давайте глянем, что еще бывает.
На экране живописный каньон Гейнюк в Турции.
Чтобы увидеть эту красоту, Андрей Юрьевич облачился в гидрокостюм и применил альпинистские навыки (у доктора третий разряд по альпинизму). Местами продвигался по каньону только вплавь, но фотоаппарат всегда был под рукой, в непромокаемом рюкзаке. А вот и знакомые мне места – Красноярск. Подборка «Город напоказ».
Заметили, как интересно озаглавливает свои работы Андрей Зима? Он признается: «Нет такого: забежал, щелкнул – и готов шедевр. Надо снимать целый день или заранее задумать кадр, умудриться поймать момент. Спуск камеры, как выстрел: случится на секунду раньше или позже, чем нужно, – и все, неповторимый момент упущен».
Всю жизнь – в «двадцатке»
Не удивляйтесь, что мы так много говорим с рентгенологом о фотографии. Даже когда я попросила коллегу Андрея Зимы, рентгенолога Викторию Черняеву, немного рассказать о нем, доктор сразу уточнила: «Вы о нем спрашиваете как о враче или как о фотографе?» Сложно представить Андрея Юрьевича только в одной из этих ролей. Сам он называет фотографию «отдыхом от медицинских дел». Их в больнице всегда хватает.
– У нас все врачи-рентгенологи работают и с простой рентгенологией, и с компьютерной томографией. Всегда очень много неотложки, это держит в тонусе. Сидишь так, описываешь плановые исследования, а тут звонят из реанимации – кто-то «ухудшился». Или скорая помощь привозит пациентов – падение с высоты, ДТП… Все бросаем и начинаем исследовать «от подмышки до лодыжки». Работа в 20-ой больнице дает уникальный опыт. Через 5-7 лет работы у нас рентгенолог сможет трудиться везде.
|
|
– Но вы всю жизнь верны 20-ой больнице… Начинали еще при Иосифе Семеновиче Берзоне, имя которого теперь носит «двадцатка».
– Берзона у нас за глаза звали «папой». Он воспитал в больнице дух сплоченности, поддержки. Его и многих других коллег из моей молодости нет в живых, а этот дух сохраняется. Приходят молодые, перенимают традиции. У нас очень хороший коллектив. Поэтому я несколько раз отказался от «сладких» предложений перейти работать в другие места «с повышением».
Кто знает, может в своем отделении Андрей Зима тоже уже стал для кого-то «медицинским папой»?
– С ним надежно. Мы всегда чувствуем, что он рядом, – говорит Виктория Черняева. – Андрей Юрьевич подстегивает нас читать, развиваться, искать новые подходы к диагностике. Хочешь не хочешь, начинаешь выискивать информацию, анализировать, чтобы прийти на следующий день и обсудить какой-то случай. Иногда мы по-хорошему спорим, дискутируем. Андрей Юрьевич – хороший доктор. Очень добрый. А еще у него уникальное чувство юмора!»
Это точно!
Беседовала Анастасия Леменкова
Автор всех фото в материале Андрей Зима