Надеюсь, читающие этот текст не скажут мне – фи, какое бесстыдство… Писать на такие темы… Но меня после рождения тройняшек занимает вопрос, как родив первого ребенка, мамы через небольшой отрезочек времени вновь беременеют? Ну, разумеется, я не спрашиваю, откуда появляются дети. Я хочу спросить – откуда берется время, чтобы побыть наедине? Крепко так побыть, ну вы сами понимаете, о чем я.
Конечно, как только дети уложены спать, и сопят в две дырочки, можно воспользоваться моментом и наконец-то побыть вдвоем с мужем. Но…
– Милая, как на счет супружеского долга?
– Ага, ага любимый… только вот уберу гору посуды на кухне и разделаюсь с бельевым Эверестом в ванной… дети тут на пальму пытались залезть, и с землей ее вытряхнули, надо бы собрать. А еще они в борщ засунули будильник, зазвонит – так весь дом разбудит. А тут еще матушка твоя звонит – интересуется жизнью.
Я обычно к вечеру после кухонно-приборочных страданий от усталости в спальню ползу на четвереньках, доползаю и… шмяк так лицом на подушку, будто пьяный в салат. А тут над ухом такое милое жужжание:
– Милая, дорогая… ягодка! Я готов! Правда, я похож на Аполлона?
А милая уже храпит сладким сном Золушки, которая по приказу мачехи на своих плечах вынесла из огня все королевское войско со всем арсеналом.
– Милая… ну, ну.
– А сколько времени? А чего ты голый?
– Так это, долг…??? Супружеский!
– Ой, мне надо рано вставать… детей же в садик, а завтра день такой загруженный. Ну, прости.
– Ну а когда? Вчера – не могу, неделю назад тоже. Я вскоре стану девственным импотентом.
– Ну, милый в выходные? Хорошо?
– А ты не врешь?
– Клянусь твоими фамильными запонками, – пробормотала измотанная Изаура и унеслась никакая к никаким внеземным цивилизациям.
Думаю, в моем состоянии не стоило покупать чулочки, краситься косметикой, ходить в парикмахерскую… а все сэкономленные деньги – собирать в кубышечку на новую машину для мужа. Согласилась бы!
И вот выходные. Нанежившись в постели, муж ласковым пушистым котиком подваливается ко мне.
– Ну, я смотрю, ты выспалась и никакие домашние дела тебя не тревожат. М-м-м.. какая вкусная!
Мне бы, конечно, возразить, что детям надо варить кашу, а я еще на кухне фасоль замочила, а вечером придет чета Ивашкиных с отпрысками, и чем мы их угощать-то будем? Но обещание, да инстинкт продолжения рода диктуют свое.
– Да, милый мой… Я…!
Но тут с радостью в спальню вбегает малышня!
– А! А! Мама-папа! Куда сегодня поедем???
Милый душечка котофей Иванович меняется в лице.
– Да куда угодно! – Огрызается снежный барс. – Только мы с мамой еще не проснулись. Кыш из комнаты.
Но дети еще малы, им только по 3 годика, поэтому они, не внемля нашим словам, влезают на нас, прикрытых одеялом, и начинают скакать, вопя от удовольствия:
– Мы едем, едем, едем… – хором поют они, прыгая уже во всю и раскачиваясь!
Приходится мне вставать и включать мультики.
– У нас в запасе – 10 -15 минут! Ура! – Я пулей бегу в спальню.
Мы радуемся, как дети, внезапной панацее.
– Да за это время… можно! Заявление в суд написать! Или начало доклада. Обращение.
– А я… а я… информушку. Или половинку пресс-релиза. Или войс начитать на телесюжет.
Дети смотрят про Фунтика, а мы…
– Стоп! А где же презервативы? Посмотри их в ящичке.
Я разыскиваю презервативы… а время-то уходит! Где.. где?? Время уходит, и я как будто хитрый игрок в состязании «Форд Байярд», отыскиваю правильный ключик к двери, где лежит клад.
– Нашла! Нашла! – Радостно оборачиваюсь я к папе. – Ой!
– Мама, – а вы чего без нас жвачки едите?
– Где? – выдыхает муж.
– Ну вот, мама держит в золотинке.
Глупо объяснять детям, для чего это жвачка, еще глупее разуверять их, что это не то, что они себе представили.
– Нет, жвачка! Жвачка! Дай, дай!!! – плачут дети.
– Ну, отдай ты им все, чтобы не дрались. – Не выдерживает сердечных мук папа. – Тьфу ты…
Дети радостно открывают золотинки:
– Да это резиновые шарики!! Ура! Папа купил нам подарочки! Мама надуй!
– Ну, уж нет! – Взрывается папа. – Мы вам шарики, а вы еще и надуй. Ну-ка марш на кухню – сами надувайте. И тот, кто надует самый большой, получит шоколадку! Самую большую!
Получив с неба нежданное перемирие, мы вновь залезаем под одеяло. Но только… как из-под одеяла внезапно и неожиданно, так, что я вскрикиваю, вылезает голова старшего.
– Мам-пап, пошли играть в машинки!
– Сыночка… О!
И через секунду появляется голова дочери.
– Мама, скажи, это рысь или волк?
Дочка упрямо протискивается с книжкой.
– Не отвлекаемся! — С сосредоточенной рожицей командует мне папа.
Я стараюсь, но дочка разворачивает меня к себе.
– Ну, читай.
– В некотором царстве в некотором государстве жил был король…
– Да не могу я так! – резко сбрасываю с себя седока.
– А как? – удивляется муж. – Ты сама мне говорила в выходные… Не любишь ты меня… чуть не плачет муж. Пойду по бабам!
– Ну, нет.. нет… Если по бабам – денег в семье не будет. Люблю! Я сконцентрироваться не могу в таких условиях.
– Мама, так это рысь или волк? – Не отстает дочка и кладет мне на глаза книгу.
– Волк. Сказочный волк…
– Не хочу шарики дуть! Я есть хочу и пить. – Прибегает маленький.
– Ну, там на столе. Хлеб в пакете. – Раздаю команды я, пробуя пошевелиться, но никак. Папа отступать не желает.
– Нет.. я с вами хочу есть. Хочу! – Вопит рассерженный маленький.
Я пробую встать.
– Не сдавайся… – шепчет муж. – Давай закончим.
Дети тоже не сдаются, поняв, что родители что-то затеяли, они весело убегают на кухню.
– Ну, все… можно!
Да, не тут-то было. Дети с криками, как индейское племя, врываются в спальню, неся с собой – пачки с печеньем и кувшин с морсом.
– Мы будем с вами пировать!
– ???
– Мням-мням!! Ура! Мама, мы же семья?
Глядя, как морс льется на чистое покрывало, как на моей голове оказываются кусочки печенья, как папа успевает еще вытереть рот самого меньшего принесенной салфеткой и в тоже время лежать на мне, я смеюсь истерическим смехом.
– Мама! Ты чего? – Остолбеневает в ужасе муж, боясь, что еще мгновение, и у него появится шанс стать многодетным папашей-одиночкой, сдавшего в сумасшедший дом жену-истеричку.
– Мне смешно. Я же на вас всех сверху смотрю… Смешно, – разрываюсь я от хохота: тело вибрирует, и вся команда с меня валится: с морсом, с печением, с ненадутыми шариками на пол.
– Так, все! – Не выдерживаю я. – Пошли хоть в ванную. А ты их отвлеки хоть чем-нибудь!
– Вы хотите посмотреть мою коллекцию машинок?
– Да! – Кричат все.
Папа рискует последним. Как бравый Нильс он уводит крысок за собой к святому месту – шкафчику, где собрана его детская коллекция машинок. Коллекция, которую он собирал много лет, тщательно и любя. Пока маленькие варвары радуются завоеванным трофеям, мы с мужем пробуем закрыться в узенькой ванной. Но из-за влажности, которая стоит в нашем доме по причине беспрерывной сушки детской одежды, дверь бесповоротно разбухла.
– Держи одной рукой дверь, а второй меня. А чтобы получилось, залезу на край ванны.
Словно шанхайский цирковой акробат я, соберя волю в кулак, сдерживаю данное папе слово. Услышав непонятное шуршание, дети сбегаются к ванной и пробуют открыть.
– Там мышки? Мама говорила, так скребутся мышки, – предполагает самый умненький.
– Мышки! Я хочу мышку!
– А они кусаются? Не открывай!
Дети, будто репку из сказки, тянут дверь и друг друга. Теперь уже папа смеется. Вдруг наступает затишье, потом резкое бах!
– А! – кричу я и лечу в ванную.
– Позорище. Не могли дождаться вечера! При детях. Я вам звонила и стучала. Пока не пришлось достать запасные ключи от двери.
У входа в ванную комнату стоит моя мама.
– Здрасьте, Вера Николаевна. Да это мы… Ну так. Веселимся. Играем… – оправдывается мой муж, судорожно пытаясь завернуться в мой банный халат.
Дети прыгают от счастья. Оказывается, это не злые и кусучие мышки, а веселые папа и мама, опять что-то придумавшие.
– И мы, и мы хотим с вами играть!!!! – Кричат дети радостно.