Что есть национальный проект «Здоровье»
– Константин Анатольевич, у Вас достаточно бурная, другого слова я не подберу, карьера. Начали Вы свой путь в медицине хирургом.
– Я работал главным врачом Канской центральной районной больницы до 1999 года, потом я работал в Управлении здравоохранения администрации Красноярского края до 2004 года, затем был начальником краевого медицинского информационно-аналитического центра до 2006 года. А потом год я работал в Министерстве здравоохранения и социального развития заместителем директора департамента развития медицинской помощи. В 2007 году я вернулся, преподаю в красноярском медицинском университете и работаю главным врачом «РУСАЛ Медицинский Центр». – Достаточно лихие виражи. – Один мой студент, увидев меня в Медицинском Центре, спросил – «Константин Анатольевич, в Вашей карьере это шаг вверх или вниз?». Он имел ввиду, то что это странный поступок- стать врачом клиники, после того как я занимал такие посты. А для меня это шаг вверх, это ступенька в моей карьере. РУСАЛ Медицинский Центр – это не одна клиника, это маленькое министерство здравоохранения алюминиевой промышленности, и наши подразделения находятся в разных регионах России и мира, управлять всем непросто. К тому же я отдельные вопросы работы знал только теоретически, например, вопросы промышленной медицины, организации помощи при профессиональных заболеваниях, а, главное, что такое профилактическая медицина. Работая в больнице, преимущественно занимаешься больным человеком, здесь же ориентирован на здорового человека и нужно поменять свое мышление и поменять подходы к управлению службой. Здесь основное направление – сохранение здоровья, поэтому я учусь у своих коллег, которые давно работают в этой области, я начинаю изучать совершенно новый раздел работы. – И все же, почему и из Москвы, ведь в Министерстве Вы занимали высокий пост? – По семейным обстоятельствам я принял решение вернуться в Красноярск. Да, это был серьезный уровень. Меня пригласили работать в Министерство здравоохранения в то время, когда началась реализация национального проекта «Здоровье» и я курировал его организацию и реализацию. В моем ведении были и другие вопросы, связанные с управлением организацией оказания медицинской помощи. – Откройте тайну – как создавался этот национальный проект «Здоровье», как определялись приоритеты? – Наверное, это один из немногих проектов, который реализовался в нашей стране с четко обозначенными целями. Была поставлена цель – сделать медицинскую помощь более доступной, качественной и чтоб это было направлено на увеличение продолжительности жизни человека. Отсюда и выбирались приоритеты, основное, это первичная медико-санитарная помощь, куда впервые обращаются пациенты, где оказывается больший объем медицинской помощи, идет раннее выявление заболевания. Это направление нужно было развивать и укреплять. Надо сказать, что первичная медицинская помощь в Российской Федерации всегда была лучшей в мире. – Сейчас в это с трудом верится… – Я был на 60-й сессии Всемирной Организации Здравоохранения, которая проходила в Алма-Ате, это было в 2007 году. Именно в этом городе тридцать лет назад прошла сессия ВОЗ по первичной медицинской помощи, и там объявили, что организация такой помощи в СССР является лучшей в мире. И вот на юбилейной сессии в 2007 представители 127 стран говорили о том, что они стремятся к такому уровню, который был в Советском Союзе. Они все до сих пор внедряют те элементы, которые были у нас, только мы в России отрекаемся от той системы, которая была сделана раньше. – Что представляла из себя эта система? – Первое, у нас была доступна врачебная высококвалифицированная помощь. В любое время и бесплатно заболевший человек мог получить помощь и пройти обследование. Другой вопрос, что в СССР мы закрылись от мирового общества, и тем самым достижения диагностики, лечения, которые разрабатывались и внедрялись в других странах, были нам недоступны. В этом мы стали отставать, а с точки зрения организации помощи у нас была самая лучшая система. Второе, что очень важно, эта помощь была у нас доступна в любом месте- в городе, в сельской местности. Была создана система участковых больниц, система сельских врачебных амбулаторий, которые сегодня пытаются сломать. Вот вам пример – в национальном проекте надбавки выплачивают врачам всех звений первичной медико-санитарной помощи кроме врачей сельских врачебных амбулаторий. Почему? Потому что их хотят сломать, хотят, чтобы сельских врачебных амбулаторий в стране не было. Хотят, чтобы вместо них были общеврачебные практики. Некий универсальный врач, который бы оказывал помощь по многим направлениям. – Когда человек разбирается во всем, он не разбирается ни в чем конкретно…. – Я с вами абсолютно согласен. Для сельской местности общеврачебная практика, это, наверное, хорошо и в сельской амбулатории всегда работал врач, который был «на все руки мастер», только мы не называли его врачом общей практики. Идет подмена неких понятий, это снижение уровня оказания специализированной и высококвалифицированной медицинской помощи. Это моя точка зрения. – Что еще было выбрано для национального проекта? – Второе направление в национальном проекте «Здоровье» это оказание высокотехнологичной медицинской помощи. Россия действительно отстала от развитых стран. Отстали мы не в отдельных технологиях, то, что есть в мире, все это существует и у нас, но в отдельных уникальных центрах. У нас есть один специалист в Москве, один институт и поскольку они уникальны, получить массово эту помощь невозможно. Была задача, для того чтобы снизить смертность, увеличить продолжительность жизни, нужно было развить высокотехнологичную помощь по тем видам, которые влияют на смертность населения – это сердечно-сосудистые заболевания. Еще одно направление высокотехнологичной помощи – травматология и ортопедия, это массовые заболевания, от них не умирают, но они приводят к инвалидизации населения, существенно снижают качество жизни. Каждое направление, которое выбиралось, рассматривалось, прежде всего, с точки зрения социальной эффективности. Человеку, любое его заболевание приносит страдания, а мы, когда на другом уровне находимся, мы абстрагируемся от индивидуума, и рассматриваем его с точки зрения социума. Встает вопрос – что нужно большинству? Это цинично, но по- другому невозможно, всегда есть ограниченность ресурсов, всегда есть ограниченные возможности, мы не можем быть добрыми и благородными для всех. Невозможно это сделать, это иллюзии коммунизма…
В интересах большинства
– Но у Вас есть смелость это признать…. – У меня есть смелость это признать, потому что моя психологическая ломка произошла в тот момент, когда от операционного стола, у которого я 8 лет работал хирургом, перешел на работу руководителя. Вот тогда я понял, что как врач, я лечу конкретного пациента, отвечаю за его жизнь и принимаю решения всегда в интересах этого, конкретного человека. Когда я стал руководителем, за мной был трехтысячный коллектив, каждый день в больнице находилось почти полторы тысячи пациентов, и всегда ресурсов не хватало и мне приходилось выбирать приоритеты. И чем выше я поднимался по своей карьерной лестнице, дойдя до уровня принятия решений на уровне страны, может, более циничным я был. Потому что в этих масштабах из 140 миллионов человек, может, я кого-нибудь мог и не заметить. Я всегда принимал решения в интересах большинства. Когда я работал начальником Управления здравоохранения края, я все время общался с врачами, и они мне говорили про свою боль, которая у них была, потому что в больницах не было медикаментов, рассказывали мне конкретные случаи…. Я этого врача понимаю, как врач, но, как руководитель, я принимаю совершенно обратное решение, потому что такой больной поступает один раз в год, а скажем, больных с другими заболеваниями поступает много, и сегодня я должен решить проблему для многих, я должен им спасти жизнь.
– Краевая медицина за последние годы изменилась, сейчас Вы можете оценить результаты своих тогдашних решений? – Была команда, которая работала в сфере здравоохранения – Иван Андреевич Шнайдер, Надежда Ивановна Кольба, Александр Иванович Лебедь, руководители больниц, которые отвечали за определенные направления, у нас всегда мыслили с некоторым опережением времени. То, что реализуют в национальном проекте сейчас, пробные шаги были сделаны тогда на территории Красноярского края. Программно-целевое управление активно начало развиваться у нас лет за пять до того, как это начали делать на уровне Министерства. Развитие первичной медико-санитарной помощи, первые программы которые появились в Красноярском крае на поддержку и развитие прежде всего сельского здравоохранения, оснащению участковых больниц, на подготовку кадров этих больниц. У нас было два направления- это первичная помощь и сельская медицина и другое направление- это высокотехнологичная помощь. Но кроме этого у нас было отдельное направление по социально значимым заболеваниям, оно и сейчас на уровне страны есть, только не выделяется в национальном проекте. Сейчас его будут заводить, онкология в национальном проекте пойдет, как отдельное направление, а у нас все эти направления были. Была программа по детской онкогематологии, мы одни из первых из государственного бюджета начали финансировать протезирование, операции при сколиозе для ребятишек.
Я несколько дней назад был в краевой детской больнице, побывал в хирургическом корпусе, идеи создания этого корпуса родились в разговоре с Александром Ивановичем Лебедем. Это была идея, и она дошла до реализации, сегодня там прекрасное оборудование, я видел счастливых докторов, своих коллег, пациентов, которым реально сегодня помогают в крае. Проекты, которые были задуманы тогда, запускались и многие сейчас еще продолжаются и реализуются. – У Вас не было желания вновь вернуться в краевую медицину? – Пока нет. – Вы преподаете в медицинском университете, что Вас интересует в науке? – Мне всегда интересно все новое, все непонятное. У меня есть ученики, аспиранты, соискатели, с которыми я работаю в научном направлении. Я продолжаю вести курс повышения квалификации организаторов здравоохранения и практическая работа сейчас для меня более важна в моей педагогической деятельности.
С хирургией я расстался. Я помню точно когда я сделал последнюю операцию, кому я ее сделал помню. И со своим пациентом я продолжаю общаться. Я вот так выбрал пациента, сделал последнюю операцию и сказал себе, что я в операционную больше не войду. Это, знаете, как отмена наркотика, синдром абстиненции называется. Это ломка, когда просыпаешься ночью от ощущения запаха операционной, просыпаешься от того, что ты во сне кого то оперируешь, у тебя что то не получается, и ты с капельками пота на лбу просыпаешься. И так не один раз и не один год. И только потом, потихоньку это проходит. – Вы сожалеете о том, что совершили такой шаг и не оперируете? – Никогда не жалею о том, что я сделал. Я могу жалеть о том, чего не сделал. На каждом месте, где я работал, у меня появляются новые друзья, новые интересы, расширяется кругозор, приобретаю массу профессиональных навыков, знаний. – Я думаю, что только сильный человек может так открыто говорить о таких вещах, о которых говорите Вы. – Когда я принял решение уйти из Управления здравоохранения края, это было мое решение. Я обратился к губернатору с просьбой дать мне уйти. Ко мне подошел один из моих заместителей и спросил «Как ты будешь жить после такого падения?». Я сначала не понял смысл его вопроса, я не рассматривал это как падение, это просто один из этапов моей жизни. Когда у меня сложились определенные обстоятельства и мне было нужно уехать из Москвы, при достаточно хорошо складывающейся карьере, я разговаривал с Министром, он меня понял, а коллеги вокруг тоже спрашивали – как ты психологически это переживешь? Им, наверное, это сложно переживать. – Некоторым полезно было бы этому научиться. Если брать Вашу работу сейчас, на что она ориентирована, каковы приоритеты? Ведь мы еще не осознали, что главное – это предупреждение, профилактика заболевания. – Когда человек приходит работать во вредные и опасные условия труда, он думает, что с ним ничего не произойдет, а когда у него появляются первые признаки заболевания, он начинает думать, а как бы ему доработать до такого состояния, чтобы стать инвалидом, чтобы государство ему доплачивало, такова психология. Нужно сознание менять, а это возможно сделать, в том числе, изменив законодательство. Человека надо выводить из вредных и опасных условий труда до того, как у него проявятся признаки заболевания. Он должен прийти к нам здоровым и уйти здоровым от нас. И человек должен понимать, что пока он работает, он получает преференции – дополнительную оплату, но уйти от нас он должен здоровым человеком полезным для детей, семьи, общества. – Это означает, что в Вашем Центре должна быть диагностика заболеваний на самых ранних стадиях, диагностика на высочайшем уровне. – Основная задача – предупреждение развития заболеваний. В нашем Центре мы занимаемся выявлением ранних признаков и рисков развития болезней. – Любой человек может пройти у вас диагностику и выяснить- здоров он или нет. – С 2009 года РУСАЛ Медицинский Центр работает в системе ОМС и при наличии полиса обязательного медицинского страхования он может обратиться к нам. Все должны хотя бы раз в год проходить осмотр для того, чтобы выявить основные риски, особенно людям, которые перешагнули рубеж 35-40 лет. Вот здесь обязательно надо посещать доктора, потому что это тот возраст, когда начинается повышенное артериальное давление, сахарный диабет, онкологические заболевания. Вот здесь должна быть определенная настороженность и сегодня есть методы диагностики, которые позволяют выявить эти заболевания на ранних стадиях. Например, сегодня на онкозаболевания много различных методов исследований, когда еще и рентген делать не надо.Мы можем сделать различные тесты на онкологические заболевания. Сейчас в национальном проекте ввели два анализа для мужчин на рак предстательной железы и у женщин на рак яичников. Это методы, по которым можно заподозрить, еще не поставить диагноз, но заподозрить. Выявить группы риска и потом уже дообследовать. Есть такие же тесты, которые можно было бы сделать на другие онкологические заболевания. – Расскажите о коллективе, который работает в РУСАЛ Медицинский Центр – Здесь замечательный коллектив специалистов, это имело большое значение, когда я принимал решение прийти сюда работать. Потому что здесь врачи и организаторы высокопрофессиональны. Многие имеют большой практический опыт, ученые степени, специалисты, которые работали в учреждениях с высокой интеграцией – это краевая клиническая больница, краевой онкологический диспансер, имея большой опыт и багаж знаний, они пришли работать к нам, поэтому коллектив у нас очень хороший. Всего более 600 медицинских работников в Центре. – Что пожелаете посетителям Сибирского медицинского портала? – Я хочу пожелать всем вашим посетителям быть здоровыми, не болеть – это самое главное в жизни!
Анионовые прокладки
