Под занавес 2016-го красноярцам представили необычный «корпоративный» календарь. Его главные герои – терапевты и педиатры поликлиник. Многих врачей не узнать – так поколдовали над ними визажисты, парикмахеры, фотографы! Вот и единственный мужчина в календаре – заведующий студенческой поликлиникой Андрей Кулевцов – с обложки смотрит строже, чем в жизни. «Фото в стиле депутата!» – шутит он.
Андрей Александрович предупредил по телефону: «Даже если вы 20 лет не бывали в нашей поликлинике, не удивитесь. Здесь мало что изменилось». Я вспоминаю: заглядывала в студенческую поликлинику лет семь назад, когда училась в СФУ. Эх, было времечко! Как не поностальгировать об университетских годах, будучи вблизи альма-матер? Миную физкультурный корпус, спускаюсь ниже и, как когда-то, путаюсь: в какой из соседних общаг спряталась поликлиника? Вижу ее знакомые синие двери. Да, здесь все, как раньше: узкий коридорчик вместо холла, железная лестница на второй этаж.
Человек-энергия
В кабинете Андрея Кулевцова не видно нового календаря. «Пока в чехле. Думаю, куда повесить», – говорит врач. Он и еще 11 докторов представили первичное звено медиков края в календаре Территориального фонда ОМС на 2017 год. На двенадцати страницах красуются специалисты с лучшими показателями работы. У каждого врача – свой месяц года и символ в календаре. За «долголетие» отвечает терапевт в возрасте, а ее улыбающиеся коллеги излучают «счастье» и «радость». На другой странице о чем-то задумалось русоволосое «вдохновение». Есть и «благополучие» – хорошенькая молодая доктор с умиротворенным взглядом.
– А вы в календаре «энергия». Сами выбирали образ, Андрей Александрович?
– Нет, кураторы проекта назначили (смеется). Они и месяцы распределяли. Мне достался май. Но я бы предпочел быть каким-нибудь «мужским» месяцем – январем, например!
Январь Андрею Кулевцову был бы к лицу. Уж чересчур он серьезный на фото для беззаботного мая. Доктор снова шутит: «Минут сорок меня пытались запечатлеть с улыбкой…А потом решили, что я лучше смотрюсь на фотках а-ля депутат».
Когда «студенческую» переселят из общежития?
К Андрею Александровичу то и дело заглядывают коллеги. Понятно: заведующий поликлиникой. «Студенческая», как ее попросту называют, входит в состав городской поликлиники №2. «Поликлиника обслуживает половину Октябрьского района, – рассказывает врач. – Население растет, строятся новые дома. Справляться все сложней. Надеюсь, ситуацию изменит новый медицинский центр, обещанный к Универсиаде. Медцентр построят возле Института нефти и газа СФУ. Может быть, переедем туда уже через год».
А пока студенческая поликлиника ютится на трех этажах старого университетского общежития. СФУ не балует ее ремонтами – нецелесообразно, мол, скоро переезжать. Первый переезд – в новенькие общежития – сорвался несколько лет назад. Глядишь, в этот раз врачи справят новоселье.
«Каждому врачу предстоит заново освоить профессию»
Андрей Кулевцов заведует «студенческой» шесть лет. А начинал в 14-ой поликлинике Красноярска. «11 лет назад это было самое большое за Уралом амбулаторное медучреждение. Поликлиника имела 5 филиалов! – вспоминает мой собеседник. – Я пришел туда после интернатуры и на первом же приеме принял «боевое крещение». Ко мне обратился пациент с желудочным кровотечением! Благо, все обошлось. Вообще в мое время молодому врачу было проще освоиться в поликлинике. У нас работало достаточно опытных узких специалистов. В сложных случаях можно было тут же проконсультироваться с кардиологом или неврологом. Много ценных советов мне дала заведующая терапевтическим отделением Ирина Владимировна Вильнер. Она – мой главный наставник».
Сейчас Андрей Кулевцов сам берет шефство над молодыми коллегами. Он – врач-терапевт высшей категории и скоро начнет принимать экзамены на эту категорию у других докторов.
– Андрей Александрович, у вас в поликлинике хватает терапевтов?
– Одного терапевта не хватает. Это с учетом того, что я, заведующая терапевтическим отделением, и заместитель главврача тоже ведем прием. Ждем двух терапевтов-выпускников в июне. Они теперь не проходят интернатуру после медуниверситета и сразу могут идти в поликлинику.
– Так лучше?
– Что с интернатурой, что без нее молодой специалист все равно будет заново осваивать свое дело. Каждый врач проходит это: сначала думает, что все знает, всему научился в мединституте, а когда начинает работать, понимает, что только сейчас по-настоящему узнает профессию. Чем больше у тебя опыта, тем сильнее ощущаешь, как много еще не знаешь. Наш организм до сих пор таит много загадок. Думаю, мы и наполовину его не изучили.
– Который год участковым терапевтам грозятся облегчить работу, избавить от бумажек. И что, стало легче работать?
– Проще работать станет, когда поликлиники будут укомплектованы терапевтами на 100%. До этого нам пока далеко. Сейчас терапевт – самый «дефицитный» врач. Никто не хочет идти на участок, потому что там много работы. Но ее было бы меньше, если б терапевтов хватало. Получается замкнутый круг. И все же в условиях кадрового дефицита можно облегчить ношу терапевтов. Для этого перераспределяются потоки пациентов: те, кому нужна справка или направление на анализы, идут к фельдшеру в доврачебный кабинет. Плюс с терапевтов сняли часть рутинных обязанностей типа выписки справок и льготных рецептов. Эти меры дают результат.
– Андрей Александрович, раньше вы заведовали филиалом 14-й поликлиники и были там терапевтом. Теперь – в «студенческой». Здесь проще работать?
– Да. У студентов (это наш основной контингент) легче поймать болезни на ранней стадии. А люди в возрасте часто приходят уже с хроническими болячками, после инфарктов и инсультов. Помочь им сложнее. При этом есть масса бумажной работы: многим надо оформлять рецепты, санаторно-курортные справки, документы для присвоения инвалидности. Иногда пациенты (чаще всего пожилые люди) приходят не столько за помощью, сколько за вниманием. Им надо выговориться, пожаловаться.
У студентов тоже есть свои особенности. Почти половина из них приезжие. Вчерашние школьники заселяются в общежитие, попадают в непривычное условия, живут в новом окружении, сильно волнуются из-за сессий. На фоне эмоциональных перегрузок у студентов начинаются головные боли, проблемы с желудком, вегето-сосудистая дистония. Приходится всех успокаивать, а потом уже обследовать. С этого, кстати, начинается наше знакомство с первокурсниками. Каждую осень обследуем по три тысячи новых студентов и потом «ведем» их до конца учебы. Молодежь обращается в основном с острыми респираторными заболеваниями, остеохондрозами. Приходят и с хроническими болезнями: бронхиальной астмой, эпилепсией. Даже онкология есть. Я недавно выписывал обезболивающее совсем молодому онкологическому пациенту.
Кроме студентов у нас лечатся преподаватели, местное население. Так что разнообразия в болезнях хватает.
– На свою семью время остается? У вас двое детишек подрастает.
– Хотелось бы, чтоб этого времени было больше. В будни общаемся урывками: утром увожу дочку в садик, потом еду на работу, потом опять в садик. Тут уже сын из школы приходит – он во вторую смену учится. Садимся делать уроки. Вчера я совсем уставший был, сели за «домашку» только в девять вечера. Решали-решали… Сложные нынче задания у школьников!
– Вы говорите, что желающих работать терапевтами сегодня поубавилось. А почему сами когда-то выбрали эту стезю?
– Терапия – это интересно! Сидя на приеме, никогда не знаешь, с чем придет пациент. Часто ты сам приходишь к больному в дом. Почти сразу входишь в семью. Иногда обследуешь всех домочадцев: одному горло посмотришь, другому давление измеришь. Бывают и пронзительные моменты, случается проводить больных в последний путь. Когда каждый день приходишь выписывать сильнодействующее обезболивающее онкологическим пациентам, переживаешь трагедию вместе с семьей. Работа терапевта не оставляет равнодушным. Я не погряз в рутине.
Анастасия Леменкова