|
Предыдущая глава Следующая глава
МОЙ ПУТЬ книга воспоминаний Б.П. МАШТАКОВ Мединститут на главных ролях |
Судьба практически всех врачей Красноярского края связана с медицинским институтом. Теперь это медуниверситет. Трудно переоценить его роль как в жизни каждого выпускника, так и здравоохранения Красноярского края в целом. Традиционно все новое привносили в медицину благодаря науке.
На моей памяти, начиная с 1959 года, прошло четыре ректора. Первый – Петр Георгиевич Подзолков. Интересный человек, который очень чутко относился как к преподавателям, так и к студентам, поэтому пользовался нашей любовью и уважением. Это второй ректор в истории мединститута. Первым был доктор медицинских наук Николай Иванович Озерецкий, которого я не застал.
Самое интересное, Петр Георгиевич Подзолков так и не защитил докторскую диссертацию, правда, он был профессором, но именно при нем институт стал интенсивно расстраиваться. Особенно мне запомнилось, как сердечно он произносил слова «дорогой», или «дорогая», обращаясь к преподавателям и к нам, студентам. Студентам такое обращение ректора было особенно приятным.
В отношении строительства он был тоже непревзойденным организатором. Это надо было уметь во времена огромнейшего дефицита строительных материалов выбивать все необходимое. Что шло по разнарядке, а что Петр Георгиевич добывал сам благодаря хорошим отношениям со многими руководителями красноярских предприятий. Его главный козырь – хороший мединститут даст вам грамотных врачей, которые будут лечить ваших же специалистов и их домочадцев. Чем меньше люди будут болеть, тем сильнее экономически станет ваше предприятие. Эта железная логика срабатывала.
На стройках вечными подсобными рабочими были мы, студенты. Лично я отработал немало часов на строительстве не только четвертого общежития, но и главного корпуса. Вскоре возле главного корпуса появился морфологический корпус, столовая «Аскорбинка». С мединститутом у нас были традиционно тесные связи и после его окончания.
Когда я работал в крайздравотделе заместителем заведующего, Подзолкову было присвоено звание профессора. Я его поздравил. Петр Георгиевич был награжден орденом Ленина и двумя орденами Трудового Красного Знамени. Это очень большое признание его заслуг.
Помню, был очередной выпуск, я тогда работал в крайздравотделе. Подзолков пригласил на выпускной вечер некоторых известных в крае главных врачей. На сцену вышел главный врач БСМП Николай Семенович Карпович и говорит:
– Вот, ребята, вы должны гордиться своим ректором, он единственный из всех ректоров мединститутов Советского Союза имеет сорокалетний ректорский стаж. Это уникальный случай. Придешь к нему, бывало, что-то попросишь, он откажет, но так, что ты даже не обидишься.
В зале аплодисменты, смех. Николай Семенович говорил истинную правду.
Второй ректор мединститута на моей памяти – Борис Степанович Граков. Он был уникальный человек в том плане, что, будучи одним из авторитетнейших ректоров в стране, параллельно и фактически каждодневно оперировал, притом брался за сложнейшие случаи. Его хватало еще и на серьезное занятие наукой, он, как известно, являлся членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР. До научных высот Бориса Степановича пока не удалось подняться ректорам, которые управляли после него институтом.
На фото (слева направо): д.м.н. О.Е. Гифантьев, заведующий отделом крайкома КПСС В.Н. Севастьянов, заведующий крайздравотделом С.В. Юферев, я, представитель Минздрава СССР, ректор Красноярского мединститута Б.С. Граков.
Борис Степанович пошел по стопам своего отца – Степана Васильевича: окончил мединститут. Отец, как известно, построил блестящую карьеру в организации здравоохранения, став заведующим крайздравотделом, а его сын увлекся наукой, но темами, которые его волновали как практического хирурга.
После института Граков остался в аспирантуре, защитил сначала кандидатскую, потом докторскую диссертацию, стал молодым профессором. У него уже была в нашем институте своя кафедра, когда его пригласили заведовать кафедрой в Гродненский мединститут – это Белоруссия. Во-первых, считалось более престижным работать в европейской части страны – поближе к столице. Во-вторых, мне кажется, Гракову-младшему захотелось самостоятельности, чтобы над ним не давил авторитет отца. Дела в Гродно, насколько я знаю, у него шли блестяще, да и по-другому не могло быть, потому что для этого человека медицина была делом жизни, он полностью отдавался работе, был настоящим творцом.
Борис Степанович любил жизнь, своих пациентов.
Когда П.Г. Подзолкову в силу его возраста стало сложно выполнять ректорские обязанности, в крайкоме партии начали искать ему замену и вспомнили о Борисе Степановиче. Чтобы вернуть Гракова в Красноярск, пришлось подключать ЦК КПСС, потому что белорусам тоже были нужны такие творческие люди. Так Б.С. Граков стал третьим ректором в истории Красноярского мединститута.
Листая в памяти события тех лет, я восхищаюсь и по-доброму завидую широте интересов Бориса Степановича, удивляюсь, как его на все хватало. Но ведь он был не только ученым-хирургом, но и отличной сиделкой, что в значительной мере обусловливало успех операций. Он обязательно делал первую перевязку своим пациентам, если надо, много находиться у их постели ночами.
Он увлекался спортом и развивал спорт в мединституте. Если видел в студенте искру божью во врачебной профессии, опекал способного студента не только в институте, но и помогал получить такое распределение на работу, чтобы способности молодого специалиста раскрылись максимально. Он дружил со многими красноярскими учеными-технарями. Именно благодаря этой дружбе мы получили ряд серьезных изобретений на стыке медицины и техники. Так, его приятельские отношения с руководителем известного на всю страну научно-производственного объединения «Сибцветметавтоматика» Михаилом Егоровичем Царегородцевым вылилось в создание барокамер «Енисей», которые и сегодня работают в краевой больнице на здоровье человека.
Одним словом, Борис Степанович спешил жить, словно чувствовал. Что времени у него остается в обрез. Инфаркт случился у Гракова внезапно. Тогда не было, к сожалению, методик, которые сегодня позволяют вытаскивать буквально с того света людей с подобными заболеваниями.
Б.С. Граков принимает делегацию китайских врачей.
В тот день утром, а было это 6 апреля 1992 года, я приехал в краевую больницу. Иду по первому этажу и вижу – стоит Граков. Радостно развернул его к себе лицом, похлопал по плечу. А на меня посмотрели страдальческие глаза, что было не характерно для него – оптимиста по духу.
– Борис Степанович, что с тобой?
– Не понимаю, но что-то не то с моим здоровьем.
– Так полежи. Ты же никогда не отдыхаешь. Это может плохо кончиться.
– Ладно, потом, сегодня работы скопилось много.
На этом и расстались. А в 11 часов звонит мне главный врач краевой больницы Родион Иванович Петров и говорит:
– Борис Павлович, Граков умер.
– Как умер, я его утром видел.
– Умер, и сделать ничего не смогли.
Борис Степанович у постели больного.
Вот так я потерял не просто друга, но и единомышленника. У меня с ним были одинаковые подходы к развитию медицины в крае. Трений практически не было, а если и появлялись разногласия, мы старались прийти к общему знаменателю: встречались, обсуждали проблемы, убеждали друг друга.
Теперь, анализируя наши отношения, я понимаю, что именно благодаря Гракову мои приоритеты были расставлены так, что в системе практического здравоохранения науке я уделял центральное место – ведь это наш не только сегодняшний, но завтрашний день.
Продолжение следует
Автор Борис Павлович Маштаков
Источник Сибирский медицинский портал
Предыдущая глава Следующая глава
Читайте также:
Борис Павлович Маштаков: призвание — главный врач
Борис Павлович Маштаков: «Медицина, как армия, на первом месте — дисциплина»